Ворона не так проста, как кажется

Фото автора

В нашей стране обитает всего два вида ворон. Серую ворону все хорошо знают. Основной фон ее окраски — грязно-серый и только голова, крылья и хвост черные.

В Восточной Сибири, за рекой Леной, на Камчатке и Сахалине ее замещает ворона черной окраски, у которой все оперение черное, с металлическим отливом. Большеклювая ворона несколько крупнее, также черная, но с длинным и массивным клювом, за что и получила свое название. Этот вид обитает совместно с черной вороной, но ареал невелик — самый юг Дальнего Востока. Распространена ворона очень широко, нет ее лишь на крайнем северо-востоке страны. Населяет все ландшафты, но предпочитает все же культурные, глухих таежных лесов избегает.
В Европейской части страны серые вороны начинают строить гнезда еще в начале марта, чаще на высоких деревьях, но иногда и в тростниковых зарослях или на скалистых уступах. Участие в строительстве принимают обе птицы, насиживает яйца самка, а самец в это время кормит и бдительно охраняет ее от вторжения других птиц, в том числе и крупных хищных, которых энергично прогоняет с гнездовой территории постоянными нападениями в воздухе и пикирующими выпадами с громким и учащенным карканьем. Даже ястреб-тетеревятник, коршун, орлан-белохвост не отваживаются близко приближаться к гнезду.

Слетков пара ворон охраняет еще активнее, яростно атакуя всех, кто приближается к ним, даже наземных хищников, а порой и человека, нападая на него с подлета, исподтишка, царапая когтями и клювом. Не все выдерживают такие атаки, несколько раз сам видел, как, закрыв голову руками, обращались в бегство не только дети и женщины, но и мужчины.
Повзрослев, молодые птицы вместе с родителями сбиваются в табунки, а иногда в большие стаи по нескольку сотен птиц. Такие стаи вперемешку с другими видами врановых (грачами, галками, сороками) формируются в районах с богатой кормовой базой — на территории свалок, скотомогильников, звероферм, рыбоперерабатывающих комплексов, обрабатываемых полей. Здесь вороны находят богатую поживу и часто из кочующего становятся оседлым видом, не покидая избранную территорию в течение всей жизни. А ее продолжительность составляет порядка 6–12 лет. В неволе ворона может прожить гораздо дольше.

Вороны не лишены некоторого интеллекта и в процессе жизни могут многому научиться. Пожалуй, это один из самых «умных» видов птиц. Вспоминается, как однажды мы взяли на воспитание выпавшего из гнезда совсем еще крошечного, чуть начавшего оперяться вороненка. Очень быстро он привык к окружающей обстановке, стал абсолютно ручным, но был вечно голодным. Растущий молодой организм требовал много пищи. Приходилось вставать с рассветом и кормить широко раскрывающего клюв, машущего крылышками и противно орущего птенца. Увидев хозяев, пришедших с работы, он бежал по полу навстречу, а когда стал летать, перелетал из комнаты в комнату, сметая все на своем пути, и пока его хорошо не накормят, не отставал. Наевшись, мгновенно засыпал на спинке дивана, но через пару часов снова требовал пищи. Когда вороненок стал совсем взрослым, предварительно окольцевав, выпустили его на волю. Взлетев на высокие тополя к диким собратьям, он быстро адаптировался к вольной жизни и через два-три дня уже не слетал на зов хозяев.

Вороны всеядны, но предпочитают животную пищу. Удивляет наблюдательность и сметливость ворон в добывании еды. В Москве у одного из пунктов общественного питания на улице стояло несколько столиков для посетителей. Какая-то ущербная взрослая ворона-инвалид, с обтрепанным коротким хвостом и скрюченными лапами, абсолютно не боясь людей, слетала на столики и, громко каркая, требовала подношений. Некоторые посетители брезгливо прогоняли ее, при этом она оборонялась клювом, а иногда даже нападала. Другие не отказывали в угощениях. Особенно она любила пирожки с мясом, быстро выклевав начинку, принималась за остальное. Не приспособься она добывать еду подобным образом, дни ее были бы сочтены.

Не раз я наблюдал, как схватив клювом речную раковину-перловицу, ворона поднималась высоко вверх и кидала ее на камни или асфальт, после чего из разбитой раковины выклевывала содержимое. Рано утром вороны, как, впрочем, и вороны, постоянно пролетают вдоль шоссейных и железных дорог, зорко осматривая полотно и обочины в поисках сбитых животных. Кстати, сами вороны попадают под транспортные средства крайне редко. То же наблюдается и у мест добычи копытных животных. Громкими криками вороны оповещают остальных о найденной добыче, и все окружающее население врановых быстро слетается туда, начиная коллективное пиршество. Волки, лисицы, куницы и прочие хищники прекрасно понимают значимость этих звуков и ночью не упустят возможности проверить это место.

Зоркость глаз и сообразительность ворон поражают. Заняв где-нибудь на высоком дереве наблюдательный пост, ворона внимательно смотрит за всем происходящим вокруг. Стоит только человеку или зверю в гнездовый период поднять из-под ног какую-либо птицу, как ворона запомнит и обязательно проверит подозрительное место, а обнаружив гнездо с яйцами или птенцами, полакомится содержимым.

А как внимательно вороны обследуют каждую кочку, ложбинку, после сенокошения или вспашки, собирая насекомых, разоряя гнезда, поедая птенцов, чем, несомненно, наносят большой вред. В то же время тревожным и частым карканьем они предупреждают животных об опасности и отгоняют непрошеных гостей. А как некстати они вдруг начинают орать и кружить над шалашом на разливе, тетеревином току или засидкой, разглядев охотника. Животные хорошо понимают значение тревожных криков врановых.
Иногда вороны даже затевают игры друг с другом. Подобное я как-то наблюдал зимой. Одна из птиц с трудом усаживалась на самый верх заостренного толстого стержня громоотвода, а четыре других, летая по кругу, в конце концов сгоняли ее с места, хотя она, вертясь на стержне, оборонялась. Следующая тут же занимала ее место, а птичья карусель возобновлялась снова, и очередной «царь горы» не выдержав натиска, покидал штырь.

Или — вот! Ворона нашла где-то небольшой шарик и, схватив его клювом, перенесла на покатую крышу. Разжав клюв и забавно наклонив голову, внимательно наблюдала, как он, подпрыгивая, со стуком катится вниз. Затем взлетала и смотрела, куда тот упадет, чтобы снова поднять его и все повторить сначала. Так повторялось много раз. А как группа ворон доводит до исступления кошку, особенно если та оказалась на дереве! Одна отвлекает внимание, а другие хватают за хвост или щиплют за задние лапы.

Охотникам известно, что ворону не так-то просто подстрелить. Она прекрасно отличает человека с ружьем от безоружного. Как-то на весенней охоте в Кирилловском районе Вологодской области удалось наловить много рыбы. Сразу употребить ее в пищу всю мы не смогли, поэтому, выбрав довольно глубокую весеннюю лужу, оставили часть живой добычи в ней. Через пару-тройку дней заметили, что рыбы стало меньше, а отдельные плотвицы кем-то поранены. Из окошка дома в давно заброшенном поселке лесозаготовителей, где мы жили, стали наблюдать за лужей и увидели ворону, которая регулярно воровала нашу добычу. Пытались подойти к ней на расстояние выстрела, караулили, затаившись в ближайших елках, но все было бесполезно. Ближе ста метров ворона, сидевшая, как правило, на высокой, отдельно стоящей березе, не подпускала.

И вот у меня возник план. Поселок был заброшен лет двенадцать назад, а ворона, видимо, жила там с тех давних времен и насмотрелась всякого. В очередной раз идя с утренней зари, я заметил ее на том же наблюдательном пункте. Держа ружье за спиной одной рукой, покачиваясь из стороны в сторону и горланя песню «Напилася я пьяна», стал приближаться к умной птице, делая вид, что она мне абсолютно неинтересна. Как говорится, «и на старуху бывает проруха». Ворона подпустила меня метров на сорок, с любопытством разглядывая, а когда поняла подвох и стала взлетать, было уже поздно. Больше рыбу у нас никто не расклевывал.

Еще один случай, характеризующий отличную память и наблюдательность птиц. Однажды для научных исследований понадобилось срочно добыть ворону. У лабораторного домика стояло несколько высоких берез, на которых по утрам любили отдыхать и чистить перышки вороны. Выбрав самую большую и «красивую», я выстрелил из ружья. Птица комом рухнула в траву. Выйдя из помещения, я поднял ее и понес к себе. Что тут началось! Десятки ворон с гневными криками сопровождали меня, кружась на большой высоте. Вечером, по дороге с работы, метров двести меня сопровождал тот же эскорт; утром следующего дня, в обед и вечером, все повторилось. Через два-три дня, в порядке эксперимента, я два раза сменил одежду, но птицы все равно сразу же поднимали тревогу, лишь только я выходил на улицу. Просил товарищей, женщин и мужчин, надев мою куртку, в которой подстрелил ворону, пройтись по улице. Никакой реакции птиц не наблюдалось, из чего следовало, что они узнавали меня именно в лицо. Так продолжалось дней шесть, пока местная популяция ворон не успокоилась.

Несомненно, что такой многочисленный и очень пластичный вид в гнездовый период приносит большой вред не только охотничьим, но и другим видам животных. Недаром в недалеком прошлом за отстрел ворон охотколлективам начисляли баллы, а за лапки птицы давали патрон. К сожалению, теперь такой практики почти нет, да и патроны недешевы. Наиболее результативным был бы отстрел ворон специалистами в весенний период (март, апрель), в период насиживания кладок, когда гнезда еще хорошо заметны на необлиствленных деревьях, а насиживающая птица подпускает близко, или отлов специальными ловушками. Но кто это будет теперь делать?

Источник: ohotniki.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

4 − 2 =